Несколько слов об очень важном в моей жизни человеке.
Сегодня (точнее, уже вчера - 27 декабря) исполнилось 60 лет самому замечательному научному руководителю на свете.
Это Сергей Витальевич Кисляков. Сейчас он член-корреспондент РАН, а когда я с ним познакомился, он еще не им не был. Это, кстати, случилось в марте 2003 года благодаря другому замечательному человеку, о котором при случае я обязательно расскажу. Все эти годы (а в особенности с три года обучения в аспирантуре) Сергей Витальевич кротко сносил мою безнравственность, проявлявшуюся то в неожиданных отъездах, то в свадьбе, то в орфографическим ошибках в статьях. Последних, я думаю, он видел в написанных мною текстах больше, чем все мои школьные учительницы русского языка, вместе взятые. Но главное - он учил меня думать, хоть "чуть-чуть", как он любит говорить. К сожалению, даже сейчас, уже после стольких лет знакомства, я это умею делать еще очень плохо.
По-видимо, его влияние мои профессиональные качества огромно. Часто проводя занятия, я замечаю за собой, что копирую не только его манеру речи, но и походку. Когда я явился к другу на день рождения в бордовой вельветовой рубашке, и он поинтересовался у меня, чем именно мне так мила именно это рубашка, я вдруг сообразил, что точь-в-точь в такой рубашке мой шеф был на моем первом докладе, которым я очень гордился. Все это, конечно, немного по-детски, и отражает, конечно, мое желание походить на своего научного руководителя в первую очередь ясностью ума.
Рассказывают, что в в 1973 (или 1972) Сергей Витальевич, будучи аспирантом, присутствовал на комсомольском собрании, посвященном очередному зачислению в аспирантуру. На нем в частности, один из комсомольских деятелей пояснял, почему некого студента нельзя брать в аспирантуру. Всем было ясно, что основная причина в том, что у этого студента сестра живет в Израиле, однако докладчик, ясное дело, приводил много других, несомненно, весомых аргументов. И когда, закончив, он обвел взглядом аудиторию и спросил "Теперь, надеюсь, все понимают?", Сергей Витальевич встал и сказал: "Нет, я так и не понял".